Старый Саратов
Логотип музея
Современный Саратов
Версия для слабовидящихОбычная версия
Размер шрифта: A A A Цвет: A A A

26 сентября

Экспедиция 26 сентября

Доехав до газпромовского детского оздоровительного лагеря «Родничок» на не слишком общественном транспорте и перейдя через добротно заасфальтированную дорогу, мы углубились в лес. Нас сразу окутал запах осени, описать который трудно: благородный, терпкий запах. Может показаться странным, но даже в таком «городском» лесу, вдоль тропы, почти столбовой дороги, попадалось множество грибов. Лесной урожай собирали и почтенные городские граждане, встречавшиеся довольно часто, и подозрительные к нам бомжеватые личности, видимо, усмотревшие в нас конкурентов.

Малиновый родник

Первым пунктом, в который мы стремились попасть, был Малиновый родник, обустроенный Крестьянским поземельным банком в начале ХХ века и отреставрированный в 1990-х годах. У родника была назначена встреча с местными старожилами: кумыснополянскими краеведами-патриотами, Владимиром Адамовым и «просто Константином». Они собирались провести нас по самым загадочным лесным местам на Кумысной поляне. Владимир фотодокументировал наши передвижения каким-то невероятным аппаратом, я назвала для себя этот агрегат «камерой-обскурой». Внешне устройство было похоже на фотоаппараты начала ХХ века, но «начинкой» ящика оказались две современных фотокамеры.

Жители окрестностей Кумысной поляны с гордостью заявляют, что водопроводную воду не пьют, пользуются всю жизнь исключительно родниковой. И это нисколько не удивляет, поскольку в лесу, по оврагам, родников и вытекающих из них речонок – неисчислимое множество.

Малиновый родник считается обустроенным. Вода вытекает из архитектурного сооружения со следами величия неоклассицизма. Рядом вкопаны пенёчки-сиденья и даже стол со скамейками, а также плакаты с призывами «Не сорить» и «Беречь». Даже мусорные баки стоят, в которых содержимое давно не помещается.

Ниже, в овражке, построено некое сооружение из бетона, в котором, накапливается вода, видимо, вытекающая из родника. Оно похоже на колодец с отверстием, в которое можно опустить ведро.

Далее наш путь лежал к культовому месту саратовских туристов и альпинистов, к «Кривой берёзе». Самой берёзы уже давно нет. Растёт множество вполне себе прямых деревьев, и не только берёз, в этом обустроенном, можно сказать, ухоженном и чистом месте. Здесь две площадки, разделённые овражком по возрастному признаку: довольно аскетично устроена «площадка молодняка» – с тренировочным уголком; более солидно обустроено место для ветеранов.

Далее мы отправились в место почти первобытное: ручей с ивами-великанами. К сожалению, некоторые деревья погибли или сломаны стихией. Огромные поваленные стволы, буйная зелень вокруг, протекающий по ложбинке чистый, почти бурный, холодный ручеёк и возвышающиеся до «неба» уцелевшие ивы – словно декорации для фильма «Затерянный мир».

А тут ещё и ёж встретился по дороге. Представитель отряда насекомоядных – древнейших млекопитающих на Земле – переходил тропинку. Конечно же, когда его увидела женская часть нашей экспедиции, колючему довольно громко умилялись, в результате ёж прервал свой путь и насупился. Он пытался спрятать своё изрядно растолстевшее тело под колючую шкурку, выходило не очень, как-то частями. Владимир взял ежа в руки, и мы рассмотрели его поближе, продолжая радоваться находке, восхищаясь отдельными частями ежового тельца. После непродолжительной фотоссесии лесной обитатель был отпущен. Поняв, что есть мы его не собираемся, еж неспешно, не теряя чувства собственного достоинства, удалился в ближайшие кусты.

Дальше наш путь лежал к разрушенному каскаду и роднику, предположительно обустроенному в начале ХХ века поземельным банком.

По дороге нам показали удивительное место, мы услышали его раньше, чем добрались. Место слияния многочисленных родников Медвежьего, Денежкиного и Рокотовского оврагов – настоящий, бурлящий и грохочущий водопад.

«Каскад» – это бетонное сооружение, по родниковым меркам «циклопических» размеров: несколько уступов в 3-4 человеческих роста высотой, спускающихся в овраг. Возможно, изначально уступы сверху прикрывались бетонными плитами. Над каскадом – руины моста или дороги с бетонными столбиками ограждения. По другую сторону дороги – сухой накопительный прудик.

Рядом с каскадом, в том же овраге, был когда-то обустроен родник. В настоящее время у некоторых местных жителей в ходу название родника – Дембельский. По легенде, отслужившие бойцы приходят сюда «глотнуть свободы». Сооружение требует реставрации, оно покосилось и частично разрушилось, вода утекает в овраг.

Поднялись наверх из оврага и обнаружили бетонные резервуары для хранения воды. Это солидные сооружения, построенные на краю оврага, может быть в 1930-е, а возможно 1940-е годы.

Следы дорог, насыпей, призраки мостов через овражки и ручьи. Неожиданные накопительные колодцы среди леса и поблизости, в ложбинках, ручьи и непонятные, почти разрушенные бетонные и каменные желоба.

По когда-то действующей дороге идём ещё к одному непонятному месту в лесу – туннелю. Небольшой, но крепкий бетонный туннель длиной несколько метров находится на дне овражка. По его дну протекает ручей. Воды немного, по проходу вдоль стен можно пройти, не замочив ног. Над туннелем дорога, по которой могла бы проехать машина. Но вот куда? Дальше – не старый, но довольно густой лес. Под деревьями, среди опавшей листвы мы насобирали пустых раковин виноградных улиток. Где-то недалеко от этих мест, по словам Адамова, весной появляются огромные толпы этих ползающих животных.

Чуть далее, на одном из овражных взгорков, мы заметили ещё одно сооружение, видимо, недавней постройки и разборки. Длинные, по несколько метров, стволы погибших деревьев были собраны в нечто, напоминающее срубную избу высотой с человека, но с тремя стенками и уже без крыши. Щели прикрыты большими кусками полиэтилена. В центре сооружения – очаг. Оставив мрачное бомжеватое строение, мы направились вверх, в горы.

По серпантину поднялись на заботливо сооружённую «смотровую площадку» с небольшим, сколоченным из чего попало столом и лавочками. Вид, открывшийся с этой точки, компенсировал и нудность подъёма, и слегка сбившееся дыхание. Это было о-ча-ро-вательно! Когда-то, в ранний подростковый период, одним из моих любимых художников был Ю. Ракша. У него есть автопортрет на фоне такого леса, какой предстал перед моим слегка затуманившимся взглядом.

Налюбовавшись, отдышавшись и подкрепившись, мы двинулись дальше и выше. Наш путь лежал в «Мертвый город».

«Мертвый город» – бывший учебный лагерь МВД – напоминает иллюстрации к повести Стругацких «Пикник на обочине», но всё тут кажется не опасным, а загадочным. Аллеи всё ещё сохраняют прямолинейность, а клумбы приняли довольно экзотический вид. Среди культурных пионов и ирисов буйно разрослись лесные колокольчики, васильки....

Всех охватили смешанные чувства. Несколько десятилетий назад здесь кипела жизнь. По аллеям строем ходили курсанты – на занятия, в столовую, на зарядку, в собственный кинозал. Теперь здания разрушены почти до основания. Лес возвращает себе некогда утраченное пространство, прорастая молодыми деревцами сквозь фундаменты гаража и прачечной. Там, где, вероятно, был стадион, в тени большого дуба сохранился постамент, на котором стояла скульптура. От неё остались лишь стопы ног, почему-то босые. Пытаюсь себе представить, кого изображала скульптура, почему ноги босые. Юношу с веслом?

«Мертвый город» был конечной точкой нашего путешествия-исследования. Мы возвращались на Малиновый родник. Уходили из лагеря другой дорогой. До выхода из бывшего лагеря она была бетонной. В густой и высокой траве, росшей вдоль дорожки, я приметила крупного богомола. Он был хорошо заметен на фоне уже пожелтевше-покрасневшей травы, такой зелёный и заторможенный, но готовый в любой момент сразиться с врагом, то есть со мной… Несмотря ни на что, я его опасалась, и поэтому посадила насекомое на палочку. Долго мучилась, решая, забрать его с собой или оставить. Поскольку уже осень, богомол всё равно умрёт – и от старости, и от холода, и от голода, но это произойдёт в природе, где сгодится и мёртвое тело, которое станет чьей-то пищей и перегноем. Так и оставила богомола доживать в «Мертвом городе».

Из «Мертвого города» неведомыми тропинками мы вернулись на Малиновый родник. Завершился поход на конечной остановке трамвая на Десятой дачной.